Читаем без скачивания Умирающая Земля [ Умирающая земля. Глаза другого мира. Сага о Кугеле. Риалто Великолепный] - Джек Вэнс

Трое шли сквозь хранилище, подобно муравьям в лабиринте. За ними скользила клеть из света. Там, куда они пришли, ощутимо пахло старым металлом. И снова Керлин велел Гвилу крикнуть «Люмен!». Не дожидаясь света, они углубились в запутанную паутину проходов. Гвил крепился, хотя от накопившихся вопросов у него заболела голова.

Путь окончился возле высокого вертикального короба. Световая клеть замерла к нему вплотную. Одна из сторон короба сдвинулась, так что призраку пришлось перебраться в него.

— Смотрите внимательно! — Керлин взялся за рукояти управления.

Призрак утратил объем. Его личина расплылась, подглазья под пустыми глазницами стали вспухать и морщиться, потом распад охватил все — кожа сползала, обнажая бескровное и бескостное «мясо», похожее на вязь белесых волокон.

— Смотрите! — кричала Шири, — он… свалян!..

Гвил резко повернулся к Керлину. Тот поднял палец, велев молчать, и подвел всех к странного вида машине.

— Можно использовать скоростную намотку! Ее применяли для перемотки волокна, на котором сохраняли знания — этими мотками набиты сундуки… Так, если вытянуть одно волоконце плоти призрака… Вытягиваю, закрепляю на катушке мотальной машины, запускаю… Да! Сматывается! Не хуже деревенской вязки!

— Неужели призрак этого не видит? — забеспокоилась Шири.

— Мы скрыты от него боковой стеной короба, — успокоил Смотритель. — И вообще ему не до нас. А сейчас я его выпущу…

Нежить выбралась наружу, дрожа от смертоносного света.

— Прочь! — крикнул Керлин. — Сгинь отсюда!

Призрак попятился.

Керлин повернулся к Гвилу:

— Ступай следом и посмотри, что будет, когда Бликдак втянет призрак обратно.

Гвил тихонько последовал за призраком и проследил, как белая нежить исчезла в носу своего «родителя». Потом вернулся в хранилище. Керлин ждал его у мотального устройства.

— Привидение слилось с Бликдаком.

— Сейчас, — отозвался старик, — мы запустим вращение. И поглядим, что намотается на катушку.

Вращение было неразличимо для глаза. Только длинная катушка мало помалу обрастала прозрачным веществом — сперва синеватым, потом все более светлым.

Бликдак все тянулся и тянулся. Когда первая катушка была полностью намотана, Керлин замедлил вращение, Гвил сменил шелковистый скользкий цилиндр на новый, и все опять завертелось.

Три катушки, четыре, пять… Гвил издали следил за чудищем. Гигантская голова была неподвижна, только губы чавкали и чмокали.

Восьмая катушка: Бликдак открыл глаза и в замешательстве начал вращать ими, обшаривая взглядом комнату.

Двенадцатая катушка: на обвисшей щеке проступило бесцветное пятно, Бликдак задрожал.

Двадцатая катушка: бесцветное пятно разрослось на всю морду, губы обвисли. Монстр шипел от ужаса.

Тридцатая катушка: начался распад, и от посиневшей головы пошла трупная вонь.

Пятидесятая катушка: голова съежилась и стала оседать, глаза проваливались в морщины.

Шестидесятая катушка прикончила Бликдака, смотав последние остатки.

Шестьдесят первая катушка лежала на полу — тонкая и чистая. Она так и не понадобилась.

Чудовищное порождение человеческого зла, воплотившееся в хранилище бесстрастных знаний, было повержено.

Керлин прислонился к стене.

— Все кончено… Можно и умереть. Я все-таки сберег Музей. Мы одолели Бликдака. Теперь пришло ваше время. Музей Человека остается на вас…

— Зачем беречь его дальше? Все равно скоро всему наступит конец, — печально сказала Шири. Земля угасает, как и вы… Для чего теперь нужна наука?

— Сейчас она нужна нам даже больше, чем прежде, — задыхаясь, проговорил Керлин. — Посмотрите: в небе светят звезды. Они прекрасны… Возле них, быть может, зарождается жизнь… Наука может перенести вас туда, и ваша молодость не пропадет даром… А я ухожу, умираю…

— Подожди, — спохватился Гвил. — подожди же!

— Чего ждать? — прошептал Смотритель стынущими губами. — Я ухожу из этого мира? Зачем ты зовешь меня обратно?

— Как пользоваться Хранилищем?

— В моих комнатах… Есть ключ… Которым я пользовался… Он — ваш…

Керлин умер.

На исходе ночи Гвил и Шири выбрались наверх, и расположились у входа на древних каменных плитах.

Была ночь.

Под ногами слабо поблескивал мрамор. Обломанные колонны тянулись к звездам.

В ветвях деревьев сквозил свет огней Сапониса.

— Сапонис — твой дом. Ты хочешь вернуться к отцу? — спросил Гвил.

Девушка отрицательно покачала головой:

— Гвил, наши глаза уже видели слишком многое. Мы уже знаем, что до Торсингола был Шерит, а до него — Гловен Андра, а еще раньше — Фортикадес. Мы знаем о воинственном племени зеленолицых и об ученых Фариалах. Нам известно, что очень многие народы покинули Землю и улетели искать счастья на звездах. А когда видишь, как тонет и поднимается суша, как растут и рушатся горы, как меркнет солнце, из золотого становясь красным… Что мне делать после этого в Сапонисе?

Гвил оглянулся на развалины, потом поднял голову.

— Мы обладаем знанием! Шири — мы и вправду обладаем всеми возможными знаниями! Что мы будем делать?

Пока они вместе смотрели на звезды.

Что-то им предстоит?

Глаза другого мира

(Перевод К. Фенлар)

1. Верхний мир

На высоком холмистом берегу реки Кзан, в том месте, где еще оставались следы древних развалин, Юкоуну, Смеющийся Маг, построил себе большой дом по собственному вкусу. Получилось хаотичное сооружение из крутых фронтонов, балконов, галерей и куполов, а над всем возвышались три спиральные башни из зеленого стекла. Алые лучи солнца пробивались сквозь стены этих спиральных строений, преломлялись и вспыхивали невероятными красками.

За домом, по всей долине вплоть до горизонта, тянулись похожие на дюны холмы. На солнце они отбрасывали движущиеся тени в форме черных полумесяцев; в остальном же ничуть не отличались от других таких же холмов, пустынных и одиноких. Кзан, выходящий из Старого Леса к востоку от Альмери, протекал внизу и через три лиги к западу соединялся с рекой Скаум. Здесь располагался Азеномай, город настолько древний, что никто не помнит, когда он возник. В настоящее время старый город известен только благодаря своей ярмарке, привлекающей население всего района. На Азеномайской ярмарке Кугель открыл киоск для продажи талисманов.

Кугель — человек, обладающий множеством способностей, с характером одновременно податливым и упрямым. У него были длинные ноги, ловкие руки, проворные пальцы и вкрадчивая речь. Его волосы, чернее самой черной шерсти, низко опускались на лоб, и только над бровями резко отступали назад. Острый взгляд, длинный любопытный нос, бойкий язык и смешливый рот придавали его худому, костлявому лицу живое, искреннее и приветливое выражение откровенности и дружелюбия. Он пережил немало злоключений и с годами приобрел хитрость и проворство, стал осторожен, научился действовать одновременно с показной смелостью и исподтишка. Однажды, заполучив в свое владение древний свинцовый гроб, Кугель выбросил то, что в нем находилось, и изготовил множество маленьких свинцовых ромбиков. Снабдив их соответствующими рунами и печатями, он теперь продавал их на Азеномайской ярмарке.